Zaino cosmos

868 Share

Zaino cosmos

 Adonde fue? - снова прозвучал вопрос.  - Американец. - В… аэропорт. Aeropuerto, - заикаясь сказал Двухцветный. - Aeropuerto? - повторил человек, внимательно следя за движением губ Двухцветного в зеркале. - Панк кивнул. - Tenia el anillo. Он получил кольцо. До смерти напуганный, Двухцветный замотал головой: - Нет. - Viste el anillo.

Чатрукьян заколебался. - Коммандер, мне действительно кажется, что нужно проверить… - Фил, - сказал Стратмор чуть более строго, - ТРАНСТЕКСТ в полном порядке. Если твоя проверка выявила нечто необычное, то лишь потому, что это сделали мы. А теперь, если не возражаешь… - Стратмор не договорил, но Чатрукьян понял его без слов. Ему предложили исчезнуть. - Диагностика, черт меня дери! - бормотал Чатрукьян, направляясь в свою лабораторию.  - Что же это за цикличная функция, над которой три миллиона процессоров бьются уже шестнадцать часов. Он постоял в нерешительности, раздумывая, не следует ли поставить в известность начальника лаборатории безопасности.

 Останься со. В ее сознании замелькали страшные образы: светло-зеленые глаза Дэвида, закрывающиеся в последний раз; тело Грега Хейла, его сочащаяся кровь на ковре; обгорелый труп Фила Чатрукьяна на лопастях генератора. - Боль пройдет, - внушал Стратмор.  - Ты полюбишь. Сьюзан не слышала ни единого слова. - Останься со мной, - увещевал ее голос.  - Я залечу твои раны. Она безуспешно пыталась высвободиться. - Я сделал это ради нас обоих.

 Вы делали ему искусственное дыхание. На лице старика появилось виноватое выражение. - Увы, я не знаю, как это делается. Я вызвал скорую. Беккер вспомнил синеватый шрам на груди Танкадо. - Быть может, искусственное дыхание делали санитары. - Да нет, конечно! - Клушар почему-то улыбнулся.  - Какой смысл хлестать мертвую кобылу. Парень был уже мертв, когда прибыла скорая.

Когда Беккер наконец вышел из Гиральды в Апельсиновый сад, утреннее солнце уже нещадно пекло. Боль в боку немного утихла, да и глаза как будто обрели прежнюю зоркость. Он немного постоял, наслаждаясь ярким солнцем и тонким ароматом цветущих апельсиновых деревьев, а потом медленно зашагал к выходу на площадь. В этот момент рядом резко притормозил мини-автобус. Из него выпрыгнули двое мужчин, оба молодые, в военной форме. Они приближались к Беккеру с неумолимостью хорошо отлаженных механизмов. - Дэвид Беккер? - спросил один из. Беккер остановился, недоумевая, откуда им известно его имя.

 Полный и всеобщий доступ, - объяснял Стратмор.  - Цифровая крепость сразу же станет всеобщим стандартом шифрования. - Сразу же? - усомнилась Сьюзан.  - Каким образом. Даже если Цифровая крепость станет общедоступной, большинство пользователей из соображений удобства будут продолжать пользоваться старыми программами. Зачем им переходить на Цифровую крепость. Стратмор улыбнулся: - Это. Мы организуем утечку секретной информации. И весь мир сразу же узнает о ТРАНСТЕКСТЕ.

754 Share

Zaino cosmos

Дверца за ним захлопнулась. Беккер спустился вниз, постоял, глядя на самолет, потом опустил глаза на пачку денег в руке. Постояв еще некоторое время в нерешительности, он сунул конверт во внутренний карман пиджака и зашагал по летному полю. Странное начало. Он постарался выкинуть этот эпизод из головы. Если повезет, он успеет вернуться и все же съездить с Сьюзан в их любимый Стоун-Мэнор. Туда и обратно, - повторил он.  - Туда и обратно. Если бы он тогда знал… ГЛАВА 9 Техник систем безопасности Фил Чатрукьян собирался заглянуть в шифровалку на минуту-другую - только для того, чтобы взять забытые накануне бумаги. Но вышло .

Его мощь основывалась не только на умопомрачительном количестве процессоров, но также и на достижениях квантового исчисления - зарождающейся технологии, позволяющей складировать информацию в квантово-механической форме, а не только в виде двоичных данных. Момент истины настал в одно ненастное октябрьское утро. Провели первый реальный тест. Несмотря на сомнения относительно быстродействия машины, в одном инженеры проявили единодушие: если все процессоры станут действовать параллельно, ТРАНСТЕКСТ будет очень мощным. Вопрос был лишь в том, насколько мощным. Ответ получили через двенадцать минут. Все десять присутствовавших при этом человек в напряженном ожидании молчали, когда вдруг заработавший принтер выдал им открытый текст: шифр был взломан. ТРАНСТЕКСТ вскрыл ключ, состоявший из шестидесяти четырех знаков, за десять с небольшим минут, в два миллиона раз быстрее, чем если бы для этого использовался второй по мощности компьютер АНБ. Тогда бы время, необходимое для дешифровки, составило двадцать лет.

Сьюзан должна была признать, что прозвучало это довольно убедительно. У Танкадо не было причин подозревать, что код в Интернете не является оригиналом. Никто не имел к нему доступа, кроме него самого и Северной Дакоты. Если бы Танкадо не вернулся к анализу программы после ее выпуска свет, он ничего бы не узнал про этот черный ход. Но он так долго трудился над Цифровой крепостью, что вряд ли ему захотелось бы к ней возвращаться. Сьюзан понадобилось некоторое время, чтобы все это осмыслить. Она вдруг поняла стремление коммандера к необычайной секретности в шифровалке. Стоящая перед ним задача была крайне деликатна и требовала массу времени - вписать скрытый черный ход в сложный алгоритм и добавить невидимый ключ в Интернете. Тайна имела первостепенное значение.

Но он не смог примириться с тем, что этот взрыв лишил его возможности познакомиться с собственной матерью. Произведя его на свет, она умерла из-за осложнений, вызванных радиационным поражением, от которого страдала многие годы. В 1945 году, когда Энсей еще не родился, его мать вместе с другими добровольцами поехала в Хиросиму, где работала в одном из ожоговых центров. Там она и стала тем, кого японцы именуют хибакуся - человеком, подвергшимся облучению. Через девятнадцать лет, в возрасте тридцати шести лет, она лежала в родильном отделении больницы, страдая от внутреннего кровотечения, и знала, что умирает. Она не знала лишь того, что смерть избавит ее от еще большего ужаса: ее единственный ребенок родится калекой. Отец Энсея так ни разу и не взглянул на сына. Ошеломленный потерей жены и появлением на свет неполноценного, по словам медсестер, ребенка, которому скорее всего не удастся пережить ночь, он исчез из больницы и больше не вернулся. Энсея Танкадо отдали в приемную семью.

Первое послание, которое он отправил Халохоту, не оставляло места сомнениям, тем более что они это уже обсуждали: убить Энсея Танкадо и захватить пароль. Стратмор никогда не спрашивал у Халохота, как тот творил свои чудеса: тот просто каким-то образом повторял их снова и. Энсей Танкадо мертв, власти убеждены, что это сердечный приступ, прямо как в учебнике, кроме одного обстоятельства. Халохот ошибся с местом действия. Быть может, смерть Танкадо в публичном месте была необходимостью, однако публика возникла чересчур. Халохот был вынужден скрыться, не успев обыскать убитого, найти ключ. А когда пыль осела, тело Танкадо попало в руки местной полиции. Стратмор был взбешен. Халохот впервые сорвал задание, выбрав неблагоприятные время и место.

Дэвид на экране застыл в глубокой задумчивости. - Разница, - бормотал он себе под нос.  - Разница между U235 и U238. Должно быть что-то самое простое. Техник в оперативном штабе начал отсчет: - Пять. Четыре. Три. Эта последняя цифра достигла Севильи в доли секунды. Три… три… Беккера словно еще раз ударило пулей, выпущенной из пистолета. Мир опять замер .

104 Share

Zaino cosmos

 Я люблю тебя, - шептал коммандер.  - Я любил тебя. У нее свело желудок. - Останься со. В ее сознании замелькали страшные образы: светло-зеленые глаза Дэвида, закрывающиеся в последний раз; тело Грега Хейла, его сочащаяся кровь на ковре; обгорелый труп Фила Чатрукьяна на лопастях генератора. - Боль пройдет, - внушал Стратмор.  - Ты полюбишь. Сьюзан не слышала ни единого слова. - Останься со мной, - увещевал ее голос.  - Я залечу твои раны.

Женщина нахмурилась: - Извините, сэр. Этим рейсом улетели несколько пассажиров, купивших билет перед вылетом. Но мы не имеем права сообщать информацию личного характера… - Это очень важно, - настаивал Беккер.  - Мне просто нужно узнать, улетела ли. И больше. Женщина сочувственно кивнула. - Поссорились. На мгновение Беккер задумался. Потом изобразил смущенную улыбку.

Дверь повернулась и мгновение спустя выкинула его на асфальт. Беккер увидел ждущее такси. - Dejame entrar! - закричал Беккер, пробуя открыть запертую дверцу машины. Водитель отказался его впустить. Машина была оплачена человеком в очках в тонкой металлической оправе, и он должен был его дождаться. Беккер оглянулся и, увидев, как Халохот бежит по залу аэропорта с пистолетом в руке, бросил взгляд на свою стоящую на тротуаре веспу. Я погиб. Халохот вырвался из вращающейся двери в тот момент, когда Беккер попытался завести мотоцикл.

Беккер мрачно кивнул невидимому голосу. Замечательно. Он опустил шторку иллюминатора и попытался вздремнуть. Но мысли о Сьюзан не выходили из головы. ГЛАВА 3 Вольво Сьюзан замер в тени высоченного четырехметрового забора с протянутой поверху колючей проволокой. Молодой охранник положил руку на крышу машины. - Пожалуйста, ваше удостоверение. Сьюзан протянула карточку и приготовилась ждать обычные полминуты. Офицер пропустил удостоверение через подключенный к компьютеру сканер, потом наконец взглянул на .

 Не имеет значения. Кровь не. Выпустите меня отсюда. - Ты ранена? - Стратмор положил руку ей на плечо. Она съежилась от этого прикосновения. Он опустил руку и отвернулся, а повернувшись к ней снова, увидел, что она смотрит куда-то поверх его плеча, на стену. Там, в темноте, ярко сияла клавиатура. Стратмор проследил за ее взглядом и нахмурился Он надеялся, что Сьюзан не заметит эту контрольную панель. Эта светящаяся клавиатура управляла его личным лифтом.

Немедленно. Но Дэвид знал, что никогда ей этого не откроет. Секрет выражения без воска был ему слишком дорог. Он уходил корнями в давние времена. В эпоху Возрождения скульпторы, оставляя изъяны при обработке дорогого мрамора, заделывали их с помощью сеrа, то есть воска. Статуя без изъянов, которую не нужно было подправлять, называлась скульптурой sin cera, иными словами - без воска. С течением времени это выражение стало означать нечто честное, правдивое. Английское слово sincere, означающее все правдивое и искреннее, произошло от испанского sin сега - без воска.

191 Share

Zaino cosmos

Если вы принесете мне его паспорт, я позабочусь, чтобы он его получил. - Видите ли, я в центре города, без машины, - ответил голос.  - Может быть, вы могли бы подойти. - Понимаете, я не могу отойти от телефона, - уклончиво отозвался Ролдан.  - Но если вы в центре, то это совсем недалеко от. - Извините, но для прогулок час слишком поздний. Тут рядом полицейский участок. Я занесу им, а вы, когда увидите мистера Густафсона, скажете ему, где его паспорт. - Подождите! - закричал Ролдан.

За мгновение до того, как они сомкнулись, Сьюзан, потеряв равновесие, упала на пол за дверью. Коммандер, пытаясь приоткрыть дверь, прижал лицо вплотную к узенькой щелке. - Господи Боже мой, Сьюзан, с тобой все в порядке. Она встала на ноги и расправила платье. - Все обошлось. Сьюзан огляделась. Третий узел был пуст, свет шел от работающих мониторов. Их синеватое свечение придавало находящимся предметам какую-то призрачную расплывчатость. Она повернулась к Стратмору, оставшемуся за дверью. В этом освещении его лицо казалось мертвенно-бледным, безжизненным.

Вчера вечером я скачал файл Танкадо и провел у принтера несколько часов, ожидая, когда ТРАНСТЕКСТ его расколет. На рассвете я усмирил свою гордыню и позвонил директору - и, уверяю тебя, это был бы тот еще разговорчик. Доброе утро, сэр. Извините, что пришлось вас разбудить. Почему я звоню. Я только что выяснил, что ТРАНСТЕКСТ устарел. Все дело в алгоритме, сочинить который оказалось не под силу нашим лучшим криптографам! - Стратмор стукнул кулаком по столу. Сьюзан окаменела.

 Работайте, - поторопил Фонтейн. На ВР последняя стена стала уже тоньше яичной скорлупы. Джабба поднял брови. - Хорошо, это ничего не дает. Начнем вычитание. Я беру на себя верхнюю четверть пунктов, вы, Сьюзан, среднюю. Остальные - все, что внизу. Мы ищем различие, выражаемое простым числом. Через несколько секунд всем стало ясно, что эта затея бессмысленна. Числа были огромными, в ряде случаев не совпадали единицы измерения.

Сьюзан пойдет со. А вы останетесь. - Мне неприятно тебе это говорить, - сказал Стратмор, - но лифт без электричества - это не лифт. - Вздор! - крикнул Хейл.  - Лифт подключен к энергоснабжению главного здания. Я видел схему. - Да мы уже пробовали, - задыхаясь, сказала Сьюзан, пытаясь хоть чем-то помочь шефу.  - Он обесточен. - Вы оба настолько заврались, что в это даже трудно поверить.

 Не очень правдоподобное заявление. - Согласна, - сказала Сьюзан, удивившись, почему вдруг Хейл заговорил об.  - Я в это не верю. Всем известно, что невзламываемый алгоритм - математическая бессмыслица. Хейл улыбнулся: - Ну конечно… Принцип Бергофского. - А также здравый смысл! - отрезала. - Кто знает… - Хейл театрально вздохнул.  - Есть множество такого… что и не снилось нашим мудрецам. - Прошу прощения.

274 Share

Zaino cosmos

Кольцо. Беккер смотрел на него в полном недоумении. Человек сунул руку в карман и, вытащив пистолет, нацелил его Беккеру в голову. - El anillo. Внезапно Беккера охватило чувство, которого он никогда прежде не испытывал. Словно по сигналу, поданному инстинктом выживания, все мышцы его тела моментально напряглись. Он взмыл в воздух в тот момент, когда раздался выстрел, и упал прямо на Меган. Пуля ударилась в стену точно над. - Mierda! - вскипел Халохот.

 Que bebe usted. Чего-нибудь выпьете. - Спасибо. Я лишь хотел спросить, есть ли в городе клубы, где собираются молодые люди - панки. - Клубы. Для панков? - переспросил бармен, странно посмотрев на Беккера. - Да. Есть ли в Севилье такое место, где тусуются панки. - No lo se, senor. He знаю.

Он пожал плечами: - Как только мы получим ключ, я проинформирую директора. Сьюзан не могла не поразить идея глобального прорыва в области разведки, который нельзя было себе даже представить. И он попытался сделать это в одиночку. Похоже, он и на сей раз добьется своей цели. Ключ совсем. Танкадо мертв. Партнер Танкадо обнаружен. Сьюзан замолчала.

В одной урановое, в другой плутониевое. Это два разных элемента. Люди на подиуме перешептывались. - Уран и плутоний! - воскликнул Джабба, и в его голосе впервые послышались нотки надежды.  - Нам нужно установить разницу между этими элементами.  - Он повернулся к бригаде своих помощников.  - Кто знает, какая разница между этими элементами. На лицах тех застыло недоумение. - Давайте же, ребята. -сказал Джабба.

Его любимым развлечением было подключаться к ее компьютеру, якобы для того, чтобы проверить совместимость оборудования. Сьюзан это выводило из себя, однако она была слишком самолюбива, чтобы пожаловаться на него Стратмору. Проще было его игнорировать. Хейл подошел к буфету, с грохотом открыл решетчатую дверцу, достал из холодильника пластиковую упаковку тофу, соевого творога, и сунул в рот несколько кусочков белой студенистой массы. Затем облокотился о плиту, поправил широкие серые брюки и крахмальную рубашку. - И долго ты собираешься здесь сидеть. - Всю ночь, - безучастно ответила Сьюзан. - Хм-м… - пробурчал Хейл с набитым ртом.  - Милая ночка вдвоем в Детском манеже.

 Итак, внизу у нас погибший Чатрукьян, - констатировал Стратмор.  - Если мы вызовем помощь, шифровалка превратится в цирк. - Так что же вы предлагаете? - спросила Сьюзан. Она хотела только одного - поскорее уйти. Стратмор на минуту задумался. - Не спрашивай меня, как это случилось, - сказал он, уставившись в закрытый люк.  - Но у меня такое впечатление, что мы совершенно случайно обнаружили и нейтрализовали Северную Дакоту.  - Он покачал головой, словно не веря такую удачу.  - Чертовское везение, если говорить честно.

544 Share

Zaino cosmos

 - Нашим главным стражем была система Сквозь строй, а Стратмор вышвырнул ее в мусорную корзину. - Это объявление войны, - прошептал Фонтейн срывающимся голосом. Джабба покачал головой: - Лично я сомневаюсь, что Танкадо собирался зайти так. Я думаю, он собирался оставаться поблизости и вовремя все это остановить. Глядя на экран, Фонтейн увидел, как полностью исчезла первая из пяти защитных стен. - Бастион рухнул! - крикнул техник, сидевший в задней части комнаты.  - Обнажился второй щит. - Нужно приступать к отключению, - настаивал Джабба.

Упираясь ногами в толстый ковер, Сьюзан начала изо всех сил толкать стол в направлении стеклянной двери. Ролики хорошо крутились, и стол набирал скорость. Уже на середине комнаты она основательно разогналась. За полтора метра до стеклянной двери Сьюзан отпрянула в сторону и зажмурилась. Раздался страшный треск, и стеклянная панель обдала ее дождем осколков. Звуки шифровалки впервые за всю историю этого здания ворвались в помещение Третьего узла. Сьюзан открыла. Сквозь отверстие в двери она увидела стол.

Он сидел у нее на животе, раскинув ноги в стороны. Его копчик больно вдавливался в низ ее живота через тонкую ткань юбки. Кровь из ноздрей капала прямо на нее, и она вся была перепачкана. Она чувствовала, как к ее горлу подступает тошнота. Его руки двигались по ее груди. Сьюзан ничего не чувствовала. Неужели он ее трогает. Она не сразу поняла, что он пытается застегнуть верхнюю пуговицу ее блузки.

Директорские апартаменты. В этот субботний вечер в Коридоре красного дерева было пусто, все служащие давно разошлись по домам, чтобы предаться излюбленным развлечениям влиятельных людей. Хотя Бринкерхофф всегда мечтал о настоящей карьере в агентстве, он вынужден был довольствоваться положением личного помощника - бюрократическим тупиком, в который его загнала политическая крысиная возня. Тот факт, что он работал рядом с самым влиятельным человеком во всем американском разведывательном сообществе, служил ему малым утешением. Он с отличием окончил теологическую школу Андовери колледж Уильямса и, дожив до средних лет, не получил никакой власти, не достиг никакого значимого рубежа. Все свои дни он посвящал организации распорядка чужой жизни. В положении личного помощника директора имелись и определенные преимущества: роскошный кабинет в директорских апартаментах, свободный доступ в любой отдел АН Б и ощущение собственной исключительности, объяснявшееся обществом, среди которого ему приходилось вращаться. Выполняя поручения людей из высшего эшелона власти, Бринкерхофф в глубине души знал, что он - прирожденный личный помощник: достаточно сообразительный, чтобы все правильно записать, достаточно импозантный, чтобы устраивать пресс-конференции, и достаточно ленивый, чтобы не стремиться к большему.

Я подумал о том, чтобы его ликвидировать, но со всей этой шумихой вокруг кода и его заявлений о ТРАНСТЕКСТЕ мы тут же стали бы первыми подозреваемыми. И вот тогда меня осенило.  - Он повернулся к Сьюзан.  - Я понял, что Цифровую крепость не следует останавливать. Сьюзан смотрела на него в растерянности. Стратмор продолжал: - Внезапно я увидел в Цифровой крепости шанс, который выпадает раз в жизни. Ведь если внести в код ряд изменений, Цифровая крепость будет работать на нас, а не против. Ничего более абсурдного Сьюзан слышать еще не доводилось. Цифровая крепость - не поддающийся взлому код, он погубит агентство. - Если бы я сумел слегка модифицировать этот код, - продолжал Стратмор, - до его выхода в свет… - Он посмотрел на нее с хитрой улыбкой.

Я рассказал о нем полицейскому. Я отказался взять кольцо, а эта фашистская свинья его схватила. Беккер убрал блокнот и ручку. Игра в шарады закончилась. Дело принимает совсем дурной оборот. - Итак, кольцо взял немец. - Верно. - Куда он делся. - Понятия не имею.

629 Share

Zaino cosmos

 Три! - крикнула Сьюзан, перекрывая оглушающую какофонию сирен и чьих-то голосов. Она показала на экран. Все глаза были устремлены на нее, на руку Танкадо, протянутую к людям, на три пальца, отчаянно двигающихся под севильским солнцем. Джабба замер. - О Боже! - Он внезапно понял, что искалеченный гений все это время давал им ответ. - Три - это простое число! - сказала Соши.  - Три - это простое число. Фонтейн пребывал в изумлении. - Неужели так. - Утечка информации! - кричал кто-то.

Он еще раз сжал его руку, но тут наконец подбежала медсестра. Она вцепилась Беккеру в плечо, заставив его подняться - как раз в тот момент, когда губы старика шевельнулись. Единственное сорвавшееся с них слово фактически не было произнесено. Оно напоминало беззвучный выдох-далекое чувственное воспоминание. - Капля Росы… Крик медсестры гнал его прочь. Капля Росы. Беккер задумался. Что это за имя такое - Капля Росы.

 Атомный вес! - возбужденно воскликнул Джабба.  - Единственное различие - их атомный вес. Это и есть ключ. Давайте оба веса. Мы произведем вычитание. - Подождите, - сказала Соши.  - Сейчас найду. Вот. Все прочитали: - Разница в весе незначительна… разделяются вследствие газовой диффузии… 10,032498X10134 в сравнении с 1939484X1023. - Ну вот, наконец-то! - вскрикнул Джабба.

Он действительно это сделал. - Да. Создатель последнего шифра, который никто никогда не взломает. Сьюзан долго молчала. - Но… это значит… Стратмор посмотрел ей прямо в глаза: - Да. Энсей Танкадо только что превратил ТРАНСТЕКСТ в устаревшую рухлядь. ГЛАВА 6 Хотя Энсей Танкадо еще не родился, когда шла Вторая мировая война, он тщательно изучал все, что было о ней написано, - особенно о кульминации войны, атомном взрыве, в огне которого сгорело сто тысяч его соотечественников. Хиросима, 6 августа 1945 года, 8. 15 утра.

 Да, конечно… сэр.  - Сьюзан не знала, как. Бросила взгляд на монитор, потом посмотрела на Грега Хейла.  - Сейчас. Несколькими быстрыми нажатиями клавиш она вызвала программу, именуемую Экранный замок, которая давала возможность скрыть работу от посторонних глаз. Она была установлена на каждом терминале в Третьем узле. Поскольку компьютеры находились во включенном состоянии круглые сутки, замок позволял криптографам покидать рабочее место, зная, что никто не будет рыться в их файлах. Сьюзан ввела личный код из пяти знаков, и экран потемнел. Он будет оставаться в таком состоянии, пока она не вернется и вновь не введет пароль.

На девушке был такой же, как на немце, белый махровый халат с поясом, свободно лежащим на ее широких бедрах, распахнутый ворот открывал загорелую ложбинку между грудями. Росио уверенно, по-хозяйски вошла в спальню. - Чем могу помочь? - спросила она на гортанном английском. Беккер не мигая смотрел на эту восхитительную женщину. - Мне нужно кольцо, - холодно сказал. - Кто вы такой? - потребовала. Беккер перешел на испанский с ярко выраженным андалузским акцентом: - Guardia Civil. Росио засмеялась.

531 Share

Zaino cosmos

А вдруг это клиент. Новый клиент с севера. Он не допустит, чтобы какие-то страхи лишили его потенциального клиента. - Друг мой, - промурлыкал он в трубку.  - Мне показалось, что я уловил в вашей речи бургосский акцент. Сам я из Валенсии. Что привело вас в Севилью. - Я торговец ювелирными изделиями. Жемчугами из Майорки. - Неужели из Майорки.

Он делает то, на что запрограммирован, а потом исчезает. Фонтейн сурово смотрел на Джаббу: - И на что же запрограммирован этот червяк. - Понятия не имею, - сказал Джабба.  - Пока он ползет и присасывается к нашей секретной информации. После этого он способен на. Он может стереть все файлы, или же ему придет в голову напечатать улыбающиеся рожицы на документах Белого дома. Голос Фонтейна по-прежнему звучал спокойно, деловито: - Можете ли вы его остановить. Джабба тяжко вздохнул и повернулся к экрану. - Не знаю. Все зависит от того, что ударило в голову автору.

На девушке было много украшений, и я подумала, что ей это кольцо понравится. - А она не увидела в этом ничего странного. В том, что вы просто так отдали ей кольцо. - Нет. Я сказала, что нашла его в парке. Я думала, что она мне заплатит, но ничего не вышло. Ну, мне было все равно. Я просто хотела от него избавиться. - Когда вы отдали ей кольцо. Росио пожала плечами.

На ней была черная ночная рубашка; загорелая, орехового оттенка кожа светилась в мягком свете ночника, соски призывно выделялись под тонкой прозрачной тканью. - Komm doch hierher, - сказал немец сдавленным голосом, сбрасывая с себя пижаму и поворачиваясь на спину. Росио через силу улыбнулась и подошла к постели. Но, посмотрев на распростертую на простынях громадную тушу, почувствовала облегчение. То, что она увидела пониже его живота, оказалось совсем крошечным. Немец схватил ее и нетерпеливо стянул с нее рубашку. Его толстые пальцы принялись методично, сантиметр за сантиметром, ощупывать ее тело. Росио упала на него сверху и начала стонать и извиваться в поддельном экстазе. Когда он перевернул ее на спину и взгромоздился сверху, она подумала, что сейчас он ее раздавит.

Очень хорошо, прямо сейчас туда загляну. Спасибо, что помогли. Дэвид Беккер повесил трубку. Альфонсо XIII. Он усмехнулся. Просто надо уметь задавать вопросы… Минуту спустя незаметная фигура проследовала за Беккером по калле Делисиас в сгущающейся темноте андалузской ночи. ГЛАВА 29 Все еще нервничая из-за столкновения с Хейлом, Сьюзан вглядывалась в стеклянную стену Третьего узла. В шифровалке не было ни души. Хейл замолк, уставившись в свой компьютер. Она мечтала, чтобы он поскорее ушел.

Взгляните. Офицер подошел к столу. Кожа на левой руке загорелая, если не считать узкой светлой полоски на мизинце. Беккер показал лейтенанту эту полоску. - Смотрите, полоска осталась незагорелой. Похоже, он носил кольцо. Офицер был поражен этим открытием. - Кольцо? - Он вдруг забеспокоился.

130 Share

Zaino cosmos

Конечно, он должен был проверить все показатели, но единственная цифра, которая по-настоящему всегда интересовала директора, - это СЦР, средняя цена одной расшифровки. Иными словами, СЦР представляла собой оценочную стоимость вскрытия ТРАНСТЕКСТОМ одного шифра. Если цена не превышала тысячи долларов, Фонтейн никак не реагировал. Тысчонка за сеанс. Бринкерхофф ухмыльнулся. Деньги налогоплательщиков в действии. Когда он начал просматривать отчет и проверять ежедневную СЦР, в голове у него вдруг возник образ Кармен, обмазывающей себя медом и посыпающей сахарной пудрой. Через тридцать секунд с отчетом было покончено. С шифровалкой все в полном порядке - как. Бринкерхофф хотел было уже взять следующий документ, но что-то задержало его внимание.

 Три, - прошептала она, словно оглушенная. - Три! - раздался крик Дэвида из Испании. Но в общем хаосе их никто, похоже, не слышал. - Мы тонем! - крикнул кто-то из техников. ВР начала неистово мигать, когда ядро захлестнул черный поток. Под потолком завыли сирены. - Информация уходит. - Вторжение по всем секторам. Сьюзан двигалась как во сне. Подойдя к компьютеру Джаббы, она подняла глаза и увидела своего любимого человека.

То есть… как ты их вскрываешь. Сьюзан улыбнулась: - Уж ты-то мог бы это понять. Это все равно что изучать иностранный язык. Сначала текст воспринимается как полная бессмыслица, но по мере постижения законов построения его структуры начинает появляться смысл. Беккер понимающе кивнул, но ему хотелось знать. Используя вместо классной доски салфетки ресторана Мерлутти или концертные программы, Сьюзан дала этому популярному и очень привлекательному преподавателю первые уроки криптографии. Она начала с совершенного квадрата Юлия Цезаря. Цезарь, объясняла она, был первым в истории человеком, использовавшим шифр. Когда его посыльные стали попадать в руки врага имеете с его секретными посланиями, он придумал примитивный способ шифровки своих указаний.

 Сэр, ключа здесь. Мы обыскали обоих. Осмотрели карманы, одежду, бумажники. Ничего похожего. У Халохота был компьютер Монокль, мы и его проверили. Похоже, он не передал ничего хотя бы отдаленно похожего на набор букв и цифр - только список тех, кого ликвидировал. - Черт возьми! - не сдержался Фонтейн, теряя самообладание.  - Он должен там. Ищите.

Он не хотел, чтобы оно попало в АНБ. Но чего еще можно было ждать от Танкадо - что он сохранит кольцо для них, будучи уверенным в том, что они-то его и убили. И все же Сьюзан не могла поверить, что Танкадо допустил бы. Ведь он был пацифистом и не стремился к разрушению. Он лишь хотел, чтобы восторжествовала правда. Это касалось ТРАНСТЕКСТА. Это касалось и права людей хранить личные секреты, а ведь АНБ следит за всеми и каждым. Уничтожение банка данных АНБ - акт агрессии, на которую, была уверена Сьюзан, Танкадо никогда бы не пошел.

Сьюзан заставила себя промолчать. Хейл хмыкнул себе под нос и убрал упаковку тофу. Затем взял бутылку оливкового масла и прямо из горлышка отпил несколько глотков. Он считал себя большим знатоком всего, что способствовало укреплению здоровья, и утверждал, что оливковое масло очищает кишечник. Он вечно навязывал что-то коллегам, например морковный сок, и убеждал их, что нет ничего важнее безукоризненного состояния кишечника. Хейл поставил масло на место и направился к своему компьютеру, располагавшемуся прямо напротив рабочего места Сьюзан. Даже за широким кольцом терминалов она почувствовала резкий запах одеколона и поморщилась. - Замечательный одеколон, Грег. Вылил целую бутылку.

149 Share

Zaino cosmos

Затем он сел за письменный стол и начал их допрашивать, как школьников, вызванных в кабинет директора, а они по-прежнему стояли. Говорила Мидж - излагая серию необычайных событий, которые заставили их нарушить неприкосновенность кабинета. - Вирус? - холодно переспросил директор.  - Вы оба думаете, что в нашем компьютере вирус. Бринкерхофф растерянно заморгал. - Да, сэр, - сказала Мидж. - Потому что Стратмор обошел систему Сквозь строй? - Фонтейн опустил глаза на компьютерную распечатку. - Да, - сказала.  - Кроме того, ТРАНСТЕКСТ уже больше двадцати часов не может справиться с каким-то файлом.

Он присел на корточки и в десяти метрах от себя увидел чей-то силуэт. - Мистер. Беккер узнал голос. Это девушка. Она стояла у второй входной двери, что была в некотором отдалении, прижимая сумку к груди. Она казалось напуганной еще сильнее, чем раньше. - Мистер, - сказала она дрожащим голосом, - я не говорила вам, как меня зовут. Откуда вы узнали.

Что случилось с ТРАНСТЕКСТОМ. Не бывает такой диагностики, которая длилась бы восемнадцать часов. Все это вранье, и ты это отлично знаешь. Скажи мне, что происходит. Сьюзан прищурилась. Ты сам отлично знаешь, что происходит. - А ну-ка пропусти меня, Грег, - сказала.  - Мне нужно в туалет. Хейл ухмыльнулся, но, подождав еще минуту, отошел в сторону. - Извини, Сью, я пошутил.

 Подождите, - сказала Сьюзан, заглядывая через плечо Соши.  - Есть еще кое-что. Атомный вес. Количество нейтронов. Техника извлечения.  - Она пробежала глазами таблицу.  - Уран распадается на барий и криптон; плутоний ведет себя несколько. В уране девяносто два протона и сто сорок шесть нейтронов, но… - Нам нужна самоочевидная разница, - подсказала Мидж.

В задней части комнаты Сьюзан Флетчер отчаянно пыталась совладать с охватившим ее чувством невыносимого одиночества. Она тихо плакала, закрыв. В ушах у нее раздавался непрекращающийся звон, а все тело словно онемело. Хаос, царивший в комнате оперативного управления, воспринимался ею как отдаленный гул. Люди на подиуме не отрываясь смотрели на экран. Агент Смит начал доклад. - По вашему приказу, директор, - говорил он, - мы провели в Севилье два дня, выслеживая мистера Энсея Танкадо. - Расскажите, как он погиб, - нетерпеливо сказал Фонтейн. Смит сообщил: - Мы вели наблюдение из мини-автобуса с расстояния метров в пятьдесят. Вначале все шло гладко.

Фонтейн сурово взглянул на. Уж о чем о чем, а о стрессовых ситуациях директор знал. Он был уверен, что чрезмерный нажим не приведет ни к чему хорошему. - Расслабьтесь, мистер Беккер. Если будет ошибка, мы попробуем снова, пока не добьемся успеха. - Плохой совет, мистер Беккер, - огрызнулся Джабба.  - Нужно сразу быть точным. У шифров-убийц обычно есть функция злопамятства - чтобы не допустить использования метода проб и ошибок. Некорректный ввод только ускорит процесс разрушения. Два некорректных ввода - и шифр навсегда захлопнется от нас на замок.

850 Share

Zaino cosmos

Какой номер вы набираете? - Сеньор Ролдан не потерпит сегодня больше никаких трюков. - 34-62-10, - ответили на другом конце провода. Ролдан нахмурился. Голос показался ему отдаленно знакомым. Он попытался определить акцент - может быть, Бургос. - Вы набрали правильно, - сказал он осторожно, - но это служба сопровождения. Звонивший некоторое время молчал. - О… понимаю. Прошу прощения. Кто-то записал его, и я подумал, что это гостиница.

 Куда мы едем. Парень расплылся в широкой улыбке. - А то ты не знаешь. Беккер пожал плечами. Парень зашелся в истерическом хохоте. - Ну и. Но тебе там понравится. ГЛАВА 50 Фил Чатрукьян остановился в нескольких ярдах от корпуса ТРАНСТЕКСТА, там, где на полу белыми буквами было выведено: НИЖНИЕ ЭТАЖИ ШИФРОВАЛЬНОГО ОТДЕЛА ВХОД ТОЛЬКО ДЛЯ ЛИЦ СО СПЕЦИАЛЬНЫМ ДОПУСКОМ Чатрукьян отлично знал, что к этим лицам не принадлежит. Бросив быстрый взгляд на кабинет Стратмора, он убедился, что шторы по-прежнему задернуты.

 - Ничего себе чрезвычайная ситуация. Хотя большинство отделов АНБ работали в полном составе семь дней в неделю, по субботам в шифровалке было тихо. По своей природе математики-криптографы - неисправимые трудоголики, поэтому существовало неписаное правило, что по субботам они отдыхают, если только не случается нечто непредвиденное. Взломщики шифров были самым ценным достоянием АНБ, и никто не хотел, чтобы они сгорали на работе. Сьюзан посмотрела на корпус ТРАНСТЕКСТА, видневшийся справа. Шум генераторов, расположенных восемью этажами ниже, звучал сегодня в ее ушах необычайно зловеще. Сьюзан не любила бывать в шифровалке в неурочные часы, поскольку в таких случаях неизменно чувствовала себя запертой в клетке с гигантским зверем из научно-фантастического романа. Она ускорила шаги, чтобы побыстрее оказаться в кабинете шефа.

ГЛАВА 64 Сьюзан осталась одна в тишине и сумерках Третьего узла. Стоявшая перед ней задача была проста: войти в компьютер Хейла, найти ключ и уничтожить все следы его переписки с Танкадо. Нигде не должно остаться даже намека на Цифровую крепость. Сьюзан снова завладели прежние сомнения: правильно ли они поступают, решив сохранить ключ и взломать Цифровую крепость. Ей было не по себе, хотя пока, можно сказать, им сопутствовала удача. Чудесным образом Северная Дакота обнаружился прямо под носом и теперь попал в западню. Правда, оставалась еще одна проблема - Дэвид до сих пор не нашел второй экземпляр ключа. Она молилась, чтобы его усилия увенчались успехом. Направляясь к центру Третьего узла, Сьюзан пыталась привести свои мысли в порядок.

Фонтейн кивнул. Иерархия допуска в банк данных была тщательно регламентирована; лица с допуском могли войти через Интернет. В зависимости от уровня допуска они попадали в те отсеки банка данных, которые соответствовали сфере их деятельности. - Поскольку мы связаны с Интернетом, - объяснял Джабба, - хакеры, иностранные правительства и акулы Фонда электронных границ кружат вокруг банка данных двадцать четыре часа в сутки, пытаясь проникнуть внутрь. - Да, - сказал Фонтейн, - и двадцать четыре часа в сутки наши фильтры безопасности их туда не пускают. Так что вы хотите сказать. Джабба заглянул в распечатку. - Вот что я хочу сказать. Червь Танкадо не нацелен на наш банк данных.  - Он откашлялся.

Через тридцать секунд с отчетом было покончено. С шифровалкой все в полном порядке - как. Бринкерхофф хотел было уже взять следующий документ, но что-то задержало его внимание. В самом низу страницы отсутствовала последняя СЦР. В ней оказалось такое количество знаков, что ее пришлось перенести в следующую колонку. Увидев эту цифру, Бринкерхофф испытал настоящий шок. 999 999 999. Он ахнул.

868 Share

Zaino cosmos

Чатрукьян опустился на колени, вставил ключ в едва заметную скважину и повернул. Внизу что-то щелкнуло. Затем он снял наружную защелку в форме бабочки, снова огляделся вокруг и потянул дверцу на. Она была небольшой, приблизительно, наверное, метр на метр, но очень тяжелой. Когда люк открылся, Чатрукьян невольно отпрянул. Струя горячего воздуха, напоенного фреоном, ударила ему прямо в лицо. Клубы пара вырвались наружу, подкрашенные снизу в красный цвет контрольными лампами. Далекий гул генераторов теперь превратился в громкое урчание.

 No lo se, senor. He знаю. Но уж определенно не здесь! - Он улыбнулся.  - Может, все-таки чего-нибудь выпьете. Беккер понимал, что, по мнению бармена, ведет себя странно. - Quiere Vd. Algo? - настаивал бармен.  - Fino. Jerez.

Если бы я действовал по обычным каналам и кто-то узнал… - И Дэвид Беккер единственный, кто не связан с государственной службой. - Разумеется, не единственный. Но сегодня в шесть часов утра события стали разворачиваться стремительно. Дэвид говорит по-испански, он умен, ему можно доверять, к тому же я подумал, что оказываю ему услугу. - Услугу? - бурно отреагировала Сьюзан.  - Послать его в Испанию значит оказать услугу. - Да. Я заплачу ему десять тысяч долларов за один день работы. Он заберет личные вещи Танкадо и вернется домой. Разве это не услуга.

Английское слово sincere, означающее все правдивое и искреннее, произошло от испанского sin сега - без воска. Этот его секрет в действительности не был никакой тайной, он просто подписывал свои письма словом Искренне. Почему-то ему казалось, что этот филологический ребус Сьюзан не обрадует. - Хочу тебя обрадовать. Когда я летел домой, - сказал он, желая переменить тему, - я позвонил президенту университета. Сьюзан радостно встрепенулась. - Скажи, что ты ушел с поста декана. Дэвид кивнул.

В темноте все в Третьем узле казалось чужим. Но было что-то. Сьюзан на мгновение заколебалась и оглянулась на заблокированную дверь. Всего двадцать минут, подумала. Повернувшись к терминалу Хейла, Сьюзан вдруг уловила странный мускусный запах - очень необычный для Третьего узла. Она подумала, что дело, быть может, в неисправном ионизаторе воздуха. Запах показался ей смутно знакомым, и эта мысль пронзила ее холодом. Сьюзан представила себе Хейла в западне, в окутанной паром ловушке. Может быть, он что-нибудь поджег. Она посмотрела на вентиляционный люк и принюхалась.

 - Не желаете купить. Нуматака чуть не расхохотался во весь голос. Он знал, что это трюк. Корпорация Нуматек сделала очень крупную ставку на новый алгоритм Танкадо, и теперь кто-то из конкурентов пытается выведать ее величину. - У вас есть ключ? - сказал Нуматака с деланным интересом. - Да. Меня зовут Северная Дакота. Нуматака подавил смешок.

426 Share

Zaino cosmos

Шаги быстро приближались. Беккер еще сильнее вцепился во внутреннюю часть проема и оттолкнулся ногами. Тело налилось свинцовой тяжестью, словно кто-то изо всех сил тянул его. Беккер, стараясь преодолеть эту тяжесть, приподнялся на локтях. Теперь он был на виду, его голова торчала из оконного проема как на гильотине. Беккер подтянул ноги, стараясь протиснуться в проем. Когда его торс уже свисал над лестницей, шаги послышались совсем. Он схватился руками за боковые стороны проема и, одним движением вбросив свое тело внутрь, тяжело рухнул на лестницу.

На брусчатке под ногами мелькали смутные тени, водка еще не выветрилась из головы. Все происходящее напомнило ему нечеткую фотографию. Мысли его то и дело возвращались к Сьюзан: он надеялся, что она уже прослушала его голос на автоответчике. Чуть впереди, у остановки, притормозил городской автобус. Беккер поднял. Дверцы автобуса открылись, но из него никто не вышел. Дизельный двигатель взревел, набирая обороты, и в тот момент, когда автобус уже готов был тронуться, из соседнего бара выскочили трое молодых людей. Они бежали за уже движущимся автобусом, крича и размахивая руками. Водитель, наверное, снял ногу с педали газа, рев двигателя поутих, и молодые люди поравнялись с автобусом.

Беккер держался своей легенды: - Я из севильской полиции. Росио угрожающе приблизилась. - Я знаю всех полицейских в этом городе. Они мои лучшие клиенты. Беккер чувствовал, как ее глаза буквально впиваются в. Он решил сменить тактику: - Я из специальной группы, занимающейся туристами. Отдайте кольцо, или мне придется отвести вас в участок и… - И что? - спросила она, подняв брови в притворном ужасе. Беккер замолчал.

Наконец она поняла, что каждая цифра обозначала букву с соответствующим порядковым номером. Она старательно расшифровывала текст, завороженная тем, как на первый взгляд произвольный набор цифр превращался в красивые стихи. В тот момент она поняла, что нашла свою любовь - шифры и криптография отныне станут делом ее жизни. Почти через двадцать лет, получив степень магистра математики в Университете Джонса Хопкинса и окончив аспирантуру по теории чисел со стипендией Массачусетского технологического института, она представила докторскую диссертацию- Криптографические методы, протоколы и алгоритмы ручного шифрования. По-видимому, ее работу прочел не только научный руководитель, потому что вскоре последовал телефонный звонок, а затем по почте ей доставили авиационный билет от АНБ. Все, кто имел отношение к криптографии, знали, что о АНБ собраны лучшие криптографические умы нашей планеты. Каждую весну, когда частные фирмы начинают охоту за талантливой молодежью, соблазняя ее неприлично высокими окладами и фондовыми опционами в придачу, АНБ внимательно наблюдает за этим, выделяет наиболее подходящих и удваивает предлагаемую сумму. АНБ покупает все, что ему требуется.

На коммутатор поступает сообщение. Фонтейн тотчас повернулся к стене-экрану. Пятнадцать секунд спустя экран ожил. Сначала изображение на экране было смутным, точно смазанным сильным снегопадом, но постепенно оно становилось все четче и четче. Это была цифровая мультимедийная трансляция - всего пять кадров в секунду. На экране появились двое мужчин: один бледный, коротко стриженный, другой - светловолосый, с типично американской внешностью. Они сидели перед камерой наподобие телеведущих, ожидающих момента выхода в эфир. - Это что еще за чертовщина? - возмутился Джабба. - Сидите тихо, - приказал Фонтейн.

Долгая пауза. - Сэр… я не нахожу Клауса Шмидта в книге заказов, но, быть может, ваш брат хотел сохранить инкогнито, - наверное, дома его ждет жена? - Он непристойно захохотал. - Да, Клаус женат. Но он очень толстый. Жена отказывает ему… ну, вы понимаете.  - Беккер не мог поверить, что это говорит он. Если бы Сьюзан слышала меня сейчас, - подумал.  - Я тоже толстый и одинокий.

804 Share

Zaino cosmos

Получалось, что ТРАНСТЕКСТ трудится над шифром больше пятнадцати часов. Она хорошо знала, что процессор перебирает тридцать миллионов паролей в секунду - сто миллиардов в час. Если ТРАНСТЕКСТ до сих пор не дал ответа, значит, пароль насчитывает не менее десяти миллиардов знаков. Полнейшее безумие. - Это невозможно! - воскликнула она.  - Вы проверили сигналы ошибки. Быть может, в ТРАНСТЕКСТЕ какой-нибудь сбой и… - Все в полном порядке. - Но это значит, что пароль неимоверной длины. Стратмор пожал плечами: - Стандартный коммерческий алгоритм.

Беккер предпринял очередную попытку: - Сэр. Старик заворочался. - Qu'est-ce… quelle heureest… - Он медленно открыл глаза, посмотрел на Беккера и скорчил гримасу, недовольный тем, что его потревожили.  - Qu'est-ce-que vous voulez. Ясно, подумал Беккер с улыбкой. Канадский француз. - Пожалуйста, уделите мне одну минуту. Беккер отлично говорил по-французски, тем не менее обратился к этому человеку на языке, который тот, как он надеялся, должен был знать хуже. Убедить абсолютно незнакомого человека отдать вам золотое кольцо скорее всего будет весьма непросто, поэтому Беккер хотел заручиться хотя бы одним преимуществом. Пока старик собирался с мыслями, Беккер не произнес ни слова.

Вернусь завтра. И уже утром мы сможем поехать. В нашем распоряжении будет целых два дня. - Но я уже забронировала номер, обиженно сказала Сьюзан.  - Нашу старую комнату в Стоун-Мэнор. - Я понимаю, но… - Сегодня у нас особый день - мы собирались отметить шесть месяцев. Надеюсь, ты помнишь, что мы помолвлены. - Сьюзан - вздохнул он - Я не могу сейчас об этом говорить, внизу ждет машина.

Нужно выключить ТРАНСТЕКСТ. У нас… - Он нас сделал, - сказал Стратмор, не поднимая головы.  - Танкадо обманул всех. По его тону ей стало ясно, что он все понял. Вся ложь Танкадо о невскрываемом алгоритме… обещание выставить его на аукцион - все это было игрой, мистификацией. Танкадо спровоцировал АНБ на отслеживание его электронной почты, заставил поверить, что у него есть партнер, заставил скачать очень опасный файл. - Линейная мутация… - еле выдавил Стратмор. - Я знаю. Коммандер медленно поднял голову.

Сьюзан не могла скрыть изумления. NDAKOTA - анаграмма. Она представила себе эти буквы и начала менять их местами. Ndakota… Kadotan… Oktadan… Tandoka… Сьюзан почувствовала, как ноги у нее подкосились. Стратмор прав. Это просто как день. Как они этого сразу не заметили. Северная Дакота - вовсе не отсылка к названию американского штата, это соль, которой он посыпал их раны.

У нее перехватило дыхание. Единственным кандидатом в подозреваемые был Грег Хейл, но Сьюзан могла поклясться, что никогда не давала ему свой персональный код. Следуя классической криптографической процедуре, она выбрала пароль произвольно и не стала его записывать. То, что Хейл мог его угадать, было исключено: число комбинаций составляло тридцать шесть в пятой степени, или свыше шестидесяти миллионов. Однако в том, что команда на отпирание действительно вводилась, не было никаких сомнений. Сьюзан в изумлении смотрела на монитор. Хейл влез в ее компьютер, когда она выходила. Именно он и подал ручную команду на отзыв Следопыта. Вопрос насколько .

Zaino principessa sofia

About Daran

Я человек, - подумал. И с ироничной усмешкой вспомнил: - Без воска. Беккер стоял с закрытыми глазами, а человек в очках в металлической оправе приближался к. Где-то неподалеку зазвонил колокол.

Related Posts

480 Comments

Post A Comment